19
сентября

 


На сайте было рассказано 3805 историй.
Если хочешь присоединиться
к 2217 авторам, то зарегистрируйся.
 
 
Чтобы добавить историю, войдите.
Регистрация     Забыли пароль?
О том, что теплит нашу душу. О том, что хорошо закончилось. О том, о чем страстно мечтали. О несчастной любви. О том, как влюбленным улыбалось счастье. О находчивых людях. Об измене. О том, какие шутки проделывают друг над другом люди. О чем и о ком угодно. О щедрых, великодушных людях.

Отчего плачет девчонка?

 
комментарии
оставить свой комментарий

19 февраля 2011, 10:10 //  ruspaev
Эта история может войти в рубрику моих любовных историй, хотя я не был влюблен в Лейлу, девчонку, о которой теперь пойдет речь.
После дембеля все мои старшие сестры (а их у меня тогда было четыре) озаботились одним и тем же – как можно быстрее женить меня. Дело в том, что моя мама умерла через месяц после моего возвращения в отчий дом. Ну и в нем, по их мнению, должна была появиться новая хозяйка. А, по моему мнению, жениться мне еще было рано. Тем более что, как я считал, такой уж надобности в хозяйке не было, самая старшая из моих младших сестер училась в десятом классе (в те времена это был выпускной класс), да и остальные уже были самостоятельными и умели все – от подоить корову до готовки и стирки.
Но попробуй переубедить женщину, если она втемяшила что-нибудь себе в голову. И вот моя сестра Роза вызывает меня к себе телеграммой. Гадая, что же случилось, я еду к ней. Ничего не случилось. Роза решила познакомить меня с Лейлой. Она приходилась дальней родственницей моего зятя.
Нет, ничего не могу сказать – Лейла была прелестной девушкой. Правда, ей было всего шестнадцать лет и она тогда только закончила восемь классов и вроде собиралась поступить в ГПТУ, то ли на штукатура, то ли на маляра. Я ее смутно помнил, два с лишним года назад, когда я был у Розы перед отправкой в армию, у них дома хозяйничала очень трудолюбивая девочка. «Лейла, помой посуду», - говорила моя сестра и Лейла без возражений бралась за посуду. «Лейла, подмети пол» - Лейла бралась без лишних разговоров за веник. «Лейла, сбегай в сельмаг» - схватив авоську, бежит в магазин.
И вот та девочка с тонкими ручками и ножками, с угловатыми плечиками превратилась за два с лишним года в симпатичную ладную девушку. Но, как прежде – «Лейла, помой посуду» - и Лейла без возражений берется за посуду.
Когда Лейла побежала в сельмаг по поручению Розы, сестра и говорит мне: «Вот, Кайркелды, лучшей жены для тебя нет. Честная (сколько знаю – не украла ни одной копейки, хотя ты же знаешь, как у нас хранятся деньги), трудолюбивая (ты же и сам, наверное, смог убедиться), не болтлива (рта ведь без надобности не раскроет), а раз не болтлива, то она никогда не станет сплетницей – какую иную жену ты бы себе желал?» На это я отвечал, что у меня пока в планах нет жениться, а что до Лейлы, то можно ее «застолбить» - кто знает, может быть, я и женюсь на ней годика через два или три. «Как это – застолбить?» не поняла меня сестра. Ну, взять с нее клятву ни с кем не завязывать отношений, кроме меня, если надо, дать ей такую же клятву. Роза вздохнула с облегчением. Улыбнулась и призналась: «А я-то подумала, что ты хочешь переспать с ней». Мы оба засмеялись. Да, конечно, Лейла вроде бы девица на выданье, но все же я не допускал такой мысли, ведь она еще так юна, сущий ребенок. А сестра сказала: «Что ж, если Лейла даст такую клятву, то будь уверен – она верна своему слову».
Но ведь не возьмешь так просто и не скажешь: «Лейла, я женюсь на тебе через три года, а пока поклянись, что ни с кем не будешь дружить». Нужно погулять с девушкой за околицей, сказать ей, что она нравится мне, говорить ей комплименты, ну, поцеловать, может даже в губки. Потом проводить до дому и на прощание дать слово помнить ее и писать письма и ни с кем, кроме нее не «дружить». И взять такое же слово с нее.
Сказано – сделано. Когда стемнело, я предложил Лейле прогуляться за околицей села, мол, погода такая хорошая, ночь такая лунная, да и вообще – не сидеть же дома в такой погожий вечер. Лейла взглянула на Розу, словно спрашивая у нее разрешения. Роза одобрительно улыбнулась и сказала: «Да, да, идите, прогуляйтесь, чего же вам тут киснуть?» И тут Лейла зарумянилась, еле заметно кивнула ей, быстро взглянула на меня и встала с места, давая понять, что она готова.
Я взял ее за руку, когда мы вышли из дома – Лейла не возражала. И вот мы идем, держась за руки, я говорю ей о том, что она – удивительная девушка, что я такой еще не встречал, потом начал читать стихи о любви – Лейла молча слушала. И в какой-то момент я решил, что теперь можно и поцеловать. Полная луна светила прямо в ее лицо и я, обняв ее за талию и прижав к себе, прикоснулся губами к ее пухлым губкам. Лейла стояла, опустив ресницы, а когда я вновь впился в ее губы (я уже входил во вкус), то ощутил ее горячее дыхание. Тут я зашептал ей, что она мне очень нравится, и что я ее люблю, ну и понес всю ту чепуху, без которой, наверное, не обходится ни один парень в таких случаях. И тут я увидел, что Лейла плачет. Она не могла остановить потока из глаз, слезы лились безостановочно, и мне стало совестно. Я как бы внезапно протрезвел, взглянул на себя со стороны – двадцатилетний лоб морочит голову шестнадцатилетней девочке, почти еще ребенку. Самому себе я показался тогда чуть ли не растлителем малолетки.
Пробормотав извинения, я взял Лейлу за руку и отвел домой. Коротко попрощался и ушел. Сестре, с интересом встретившей меня, я бросил что-то невразумительное и лег спать. А на другой день, спозаранку, я сел в автобус и уехал.
Прошло много лет. Как-то я поехал в гости к сестре Розе со всей своей семьей, с женой и детьми, на какое-то торжество. Там было много гостей, и среди них – Лейла с мужем и детьми. После застолья устроили танцы. И я пригласил Лейлу на медляк. Да, это уже была другая Лейла. Она смело взглянула мне в глаза и произнесла насмешливо: «Куда же ты тогда пропал? Объяснялся в любви, целовал… а потом взял, да и уехал. А ведь я тебя ждала. До-олго ждала. Я ждала от тебя писем, но ты словно сквозь землю провалился. А ведь ты клялся, что будешь помнить меня, что будешь писать письма, клялся, что ни с кем не будешь дружить, а сам потом взял да и женился». Я был в замешательстве. «Но ведь ты тогда заплакала, - пролепетал я, - Да и вообще, ты была сущим ребенком. Вот мне и стало совестно, за то, что я пытался растлить тебя».
Лейла захохотала. Да так неожиданно и громко, что все оглянулись на нас и заулыбались. Мне же стало не по себе. Видя мое недоумение, Лейла пояснила: «Да ведь я тебя тогда любила! Я любила тебя по-настоящему, и заплакала от счастья, оттого, что не чаяла услышать из твоих уст признание в любви. И вот, на вершине этого счастья, ты вдруг взял, да и отвел меня домой. А на другой день неожиданно уехал утренним автобусом. И все! Ни писем, ничего! Почему же ты тогда так поступил?». Я молчал. Все произошедшее тогда представилось мне в истинном свете. Как глупо я тогда поступил! Как же иначе – парень признается в любви девушке, та на вершине счастья, ведь и она влюблена в него, но не может сказать ему о своей любви, он кажется ей недосягаемой мечтой, ведь он – бравый дембель, а кто она – только-только оперившаяся девчонка шестнадцати лет. И какими чудовищно необъяснимыми были для этой девчонки все мои последующие действия. Ведь она, очевидно, не понимала ничего. Ведь она ждала продолжения. А я взял, да и отвел ее домой. А наутро уехал. «Прости меня, Лейла, - сказал я наконец, подняв на нее виноватые глаза, - Прости за то, что тогда тебя не понял. Я совершенно не так истолковал твои слезы». На что она весело отвечала: «Не извиняйся. Ведь я нашла свое счастье. Да и ты вроде счастлив со своей Марией, вон какая она красавица. К тому же, ты, наверное, был прав – я и вправду тогда была сущим ребенком, глупой девчонкой, влюбившейся в самый первый раз и поверившей, что такой бравый парень может ее полюбить. Ведь скажи, только честно – ты тогда не любил меня, ведь так? Ведь как ты тогда подумал? «Вот девочка, симпатичная, чистая, честная, трудолюбивая, молчаливая, возможно, что она станет хорошей женой. Значит, нужно ее «застолбить», на всякий случай, про запас, мало ли что. Ведь так ты тогда думал, признайся!» Тут засмеялся и я. И закивал, мол, да, так я тогда и подумал, чего теперь отпираться.
Танец закончился и мы расстались. Долго потом я думал о том событии и качал головой. Воистину, женщина – загадочное существо, и нам, мужчинам, никогда не понять ее.
Истории по словам: Лейла, Роза, слезы, женщина



← предыдущая следующая →

Отправить историю другу Сообщить о плагиате
Постоянный адрес этой страницы:


Помогите спасти детей!

 
оставить свой комментарий

Комментарии

21 февраля 2011, 21:32
Оценивающий
  Отличная история. Я сразу подумала, что Лейла плакала от избытка чувств, эмоций. Девушки по природе более скромны. Особенно, если воспитаны правильно. Так все-таки Ваша Мария лучше была, раз Вы про Лейлу не вспоминали и не поехали к ней еще раз? ))))  
22 февраля 2011, 07:20
Оценивающий
  Да, скольких обнадежим, скольким откажем пока найдем свою половинку  
19 марта 2011, 16:09
luvuvrymu4
  интересная история...написано очень грамотно, читается с легкостью...вот только одно слово "медляк" мне не оч. понравильсь...думаю, если бы там стояло "медленный танец" как то гармоничнее это вписалось в общую картину,мое личное мнение, а так все супер. 5ка=))  
25 мая 2011, 21:11
Киськин Кот
  Классная история. Почти рассказ. А можно и сценарий для мелодрамы написать...  
к началу истории

Добавьте свой комментарий


Имя / Псевдоним
Текст комментария

Все истории   |   Все комментарии   |   Все авторы  |   Поиск по историям


Обязательна активная ссылка
© 2005—2010 «Декамерон»
Правила сайта
Книга Декамерон
Написать письмо редактору
Rambler's Top100