В тот день должна была приехать комиссия. Всех разогнали по объектам. Нам двоим рабочих мест вне территории организации не хватило, и мы были вынуждены остаться на базе. Начальник поставил единственную задачу – не попадаться на глаза комиссии. Надо полагать, ей необходимо было до чего-то докопаться. Работа комиссии в том и заключается, чтобы искать несоответствия в работе. Нам мешать, столь ответственному занятию, не полагалось. Я решил скрыться в раздевалке. Напарнику идея не особо понравилась. Я же аргументировал тем, что вряд ли комиссию заинтересуют наши спецовки. Тем более уже хотелось есть, хотя и до обеда было еще прилично. Мне удалось убедить напарника начать трапезничать.
В то время, когда он жевал свой кусок сала, я увлеченно расписывал специфику нашей работы. Нам приходилось ходить по сторонним организациям, и непосредственно руководителям предприятий доводить до сведения, где располагаются наши коммуникации. Это требовалось для того, чтобы они не повредили кабель. Для них немалый штраф, для нас дополнительная работа. Это было не выгодно не им и не нам. Начальникам же, абсолютно, было параллельно на наши заботы. Они пытались всячески нам в этом противодействовать. Вот я и объяснял психологию общения своему напарнику. Мой метод основывался на добродушии. Надо с улыбкой ко всему относится. « Улыбка распахивает все двери!»- подытожил я с азартом. В это время, двери действительно распахнулись! Я так и замер с распростертыми объятиями. Несколько неожиданно было появление комиссии в нашем обиталище. Тем более мы ели в неположенном месте и в неположенное время! Это был капитальный залет. Мне необходимо было, что-то делать со своими распахнутыми объятиями. Весь мыслительный процесс занял у меня меньше секунды. Я встал навстречу комиссии и предложил; «Не погнушайтесь отобедать с рабочим людом. Только Вас и ждем. Без Вас даже не начинаем!» Напарник поперхнулся и попытался целиком заглотить, неразжеваный кусок. «Да нет спасибо, кушайте»- премило улыбнулась женщина, которая, по всей видимости, была у них за старшую. Чтобы не отвлекать комиссию и как-то занять, свой неугомонный рот, я принялся усиленно поглощать свой обед. Из-за спины комиссии начальник показывал мне кулак. «Комиссары» в раздевалки нашли единственный предмет, на который вообще, можно было обратить внимание. Это был стенд с какими- то инструкциями. «А почему одного листа не хватает?»- спросила старшая. С начальника она перевела взгляд на меня – « Наверно сало в него заворачиваете?» Почему я не могу промолчать? Я опять подскочил и меня понесло: «Как Вы могли такое подумать?! Именно этот лист, мы с особой тщательность изучаем всем коллективом!»- я видел, как начальник схватился за голову, но я уже не мог остановиться – « Он у нас, как переходящее знамя». «Прочитай-ка, по памяти, содержимое Вашего переходящего знамени»- попросила глава комиссии. Ее улыбка придала мне смелости. Тем более мне хотелось подшутить над напарником, который уже чуть ли не под стол полез со своим салом. «А в данный момент, вот он изучает этот лист с особой тщательностью!»- сказал я и показал пальцем на напарника. Уже вся комиссия улыбалась. У того рот от страха остался открытым, в глазах растерянность и не понимание происходящего. Мне его стало жаль: «Вы его извините, просто не прилично разговаривать с набитым ртом» – придумал я тут же за него отговорку. «Ладно, кушайте»- с этими словами комиссия ушла. На следующее утро выяснилось, что комиссия признала меня самым находчивым парнем всего объединения и не стала больше ничего искать. Вместо того чтобы объявить благодарность, начальник еще полчаса промывал мне мозги на тему, КАК НАДО ГОВОРИТЬ С ВЫШЕСТОЯЩИМ РУКОВОДСТВОМ. Я считаю – это было несправедливо. Вышестоящее руководство тоже может обладать чувством юмора, в отличие от него.
