25
февраля

 


На сайте было рассказано 3805 историй.
Если хочешь присоединиться
к 2213 авторам, то зарегистрируйся.
 
 
Чтобы добавить историю, войдите.
Регистрация     Забыли пароль?
О том, что теплит нашу душу. О том, что хорошо закончилось. О том, о чем страстно мечтали. О несчастной любви. О том, как влюбленным улыбалось счастье. О находчивых людях. Об измене. О том, какие шутки проделывают друг над другом люди. О чем и о ком угодно. О щедрых, великодушных людях.

Донос

 
комментарии
оставить свой комментарий

12 февраля 2011, 13:50 //  ruspaev
После демобилизации я попал в дружную компанию погодков. По-моему, я уже упоминал об этом в одном из моих историй. Мы, парни и девушки, работали трактористами, водителями, скотниками да доярками, но были среди нас две девушки – Аля и Катя; первая работала завклубом и заведующей библиотекой по совместительству, а другая – продавщицей в нашем сельмаге. Обе юные, первая закончила культпросвет училище, вторая – кооперативное. Обе симпатичные, веселые и обаятельные девушки.
Признаюсь, я был влюблен в обеих; ну, влюблен, может быть и не то слово, но обе очень нравились мне. У Али были такие живые, вечно смеющиеся глаза, а у Кати глаза были, как бездонное небо – синь, синь, синь…
Я понимал, что мне нужно выбрать какую-нибудь одну. Но выбор этот был трудным. Да, вроде бы Аля была для меня ближе, тем более, что она была младшей сестрой моей первой неудавшейся любви Тони. (историю о Тоне я уже поведал на этом сайте) К тому же Аля была из нашего аула, тогда как Катя – приезжая, ее направили к нам после училища. Но глаза Кати – эта синь, синь, синь бездонная! Как устоять перед ними?
Мы, молодежь нашего аула, весело проводили время. Каждый вечер собирались в клубе, и после просмотра очередного фильма устраивали танцы, а после них тоже не расходились – вечно у кого-нибудь был повод к празднику, день рождения там или еще какой-нибудь юбилей. И даже если никакого юбилея не было, мы сами придумывали себе повод для гуляния. И раз в нашей компании была продавщица, то у нас не было проблем со спиртным, сигаретами и другими продуктами – Катя по нашей просьбе могла открыть сельмаг, хоть среди ночи, и выдавала все необходимое.
Все шло отлично. Но однажды… Да, всегда у всего бывает конец. Внезапно к нам в аул, в сельмаг приехала ревизия. И как всегда в таких случаях бывает, обнаружила недостачу – небольшую, так, на пару десятков рублей(советских). Ведь мы иногда брали в кредит, а с получки восполняли долг.
Но это еще не все. Приехал первый секретарь райкома комсомола и открыл комсомольское собрание – ведь мы все были комсомольцами. Вывели Катю и стали разбирать ее персональное дело. Сказали, что ревизия обнаружила у нее недостачу, хоть и маленькую, но недостачу. Катя, краснея и бледнея, начала оправдываться, мол, молодая, неопытная, может быть, где-то и обсчиталась. Она обещала восполнить недостачу и заверила, что впредь будет внимательнее. Мы все думали, что ее пожурят и на этом все закончится. Ну, объявят предупреждение, а может, не обойдется и выговором – не зря же приехал сам первый секретарь райкома комсомола. Но, оказалось, что это все цветочки. Первый секретарь встал и сказал, что получено письмо. «Письмо анонимное, - добавил он, - Но написал это письмо кто-то из вас, тут подпись стоит – «комсомолец». Вернее – это комсомолка, - уточнил потом он, - Так как автор письма упоминает о себе в женском роде. Но давайте, я зачитаю это письмо».
И зачитал. Писавший, или, вернее, писавшая письмо, а точнее, доносившая, поведала обо всем том, что мы, наша веселая и бесшабашная компания делала – мы-де все пьяницы и развратники, каждый день устраиваем ночные пьянки и предаемся разврату, чуть ли не повальному сексу, короче, мы все не соответствуем высокому званию комсомольцев. А Катя, тоже носящая звание комсомолки, является первопричиной нашего морального падения – вместо того, чтобы призвать нас к порядку, вместо того, чтобы всеми силами противодействовать негативным проявлениям, она только потакает пьяницам и, вопреки закону и правилам советской торговли, выдает спиртное среди ночи, открывая для этого сельмаг.
Мы сидели, как громом пораженные. Вот почему вдруг приехала ревизия! И вот почему здесь первый секретарь райкома комсомола. А когда он пояснил, что письмо было адресовано первому секретарю райкома партии, и что тот поручил ему разобраться, и что поэтому разбор будет серьезным, то мы все поникли. «Дело швах!» - подумал я, и очевидно, подумал не я один. Мы растерянно переглядывались, а Катя так вообще едва стояла – я не знаю, как она тогда не хлопнулась в обморок.
«Что вы скажете на это? – вопрошал первый секретарь райкома комсомола, - Правда ли все это?» Тут мы все загалдели! «Нет, конечно! Кто это написал? Какая негодяйка?!» - «Тихо! – прикрикнул секретарь, - Давайте, пусть кто-нибудь выступит и выскажет свое мнение». А кто выступит? Все взоры обратились ко мне, ведь я был «подкован», и политически, и идеологически, да и вообще, язык был подвешен, что надо. Ну, я и выступил! Отрицал все факты, изложенные в анонимке, сказал, что это писала вовсе не комсомолка, а если и комсомолка, то не наша. Что с моральным обликом наших комсомольцев все в порядке, что это все клевета, что, да, мы иногда (только изредка!) употребляем алкоголь, совсем в малых дозах и то по великим праздникам, например, на День Победы или Седьмое ноября, но чтобы среди ночи устраивать пьянку, а тем более – открывать для этого сельмаг – это исключено. Я говорил все это, время от времени обращаясь к сидящим товарищам, мол, так ли это, правильно ли я говорю – и товарищи комсомольцы единодушно подтверждали – так, точно так, и никак не иначе!
Первый секретарь повеселел, стоявшая впереди собрания Катя понемногу пришла в себя и одарила меня признательным взглядом своих синих-синих глаз, и когда я возвращался на свое место, товарищи устроили мне овацию. Да, я был доволен своим выступлением, но в глубине души меня грыз червь – ведь я в какой-то мере солгал – ведь все же Катя открывала сельмаг по ночам и наши гулянки подчас напоминали пьянки. Но я успокаивал себя тем, что ложь моя свята – я спасал честь нашей комсомольской ячейки, я спасал Катю - ведь как знать, за такие вольности ее могли отдать под суд.
Первый секретарь запротоколировал мое выступление, я и еще несколько комсомольцев и комсомолок подписались под протоколом этого внеочередного комсомольского собрания и гости из района уехали. И тут началось!
Мы должны были найти анонима. Понятно, что под подозрение попали наши девушки. Кроме Кати, естественно. Это обстоятельство вконец ее успокоило и она засияла радостно, а какие были ее глаза при этом – синь, безбрежная синь! И все это в мой адрес! Но нужно разобраться и установить подлого анонима. Парни плотно насели на девушек, мол, признавайтесь, кто это сделал. Девушки вначале обвиняли друг дружку, кто-то из них всплакнул, и тут Катя предположила: «Ребята! Постойте! Ведь письмо это мог написать и кто-нибудь из парней! Может быть, он специально выражался в женском роде, чтобы надежнее укрыть себя от подозрений».
Тут мы все замолчали, а девушки воспряли духом. Короче, мы долго шумели, но, естественно, ничего не установили. Когда мы уже расходились, кто-то громко спросил: «Послушайте, а где Аля?». Меня словно толкнули в грудь. Установилась тишина и все взоры обратились ко мне, - единая мысль озарила всех моих товарищей. «Где же Аля? Почему ее не было на этом собрании? И не она ли донесла на нас? Ведь…». Я же пробормотал растерянно: «Не может быть! Нет, это не она! Не может быть, чтобы Аля… да чтобы сотворить такое!» - «А почему? – возразил кто-то из девушек, - Почему она не может написать анонимку? Ведь…» И эта девушка бросила красноречивый взгляд на нас с Катей. Всем все ясно. Все знали, что обе эти девушки нравились мне. И знали, что Аля была не прочь завязать со мной серьезные отношения. Возможно, что она хотела бы выйти за меня замуж. Значит – она ревновала. Вот веская причина, вот мотив преступления! Эти слова никто вслух не произнес, но я был уверен, что каждый присутствующий так подумал.
«Нет, вы что! – возопил я, - Этого не может быть! Аля не может, она не способна на это!» Несколько человек, в большинстве девушки, возразили мне. (видимо, девушки еще не отошли от обрушившегося на них подозрения и были особенно пристрастны) Я стоял на своем. И тогда кто-то подал идею – а пойдем все к Але, припрем ее к стене – она расколется. Сказано – сделано! Я горячо возражал, я не мог согласиться с тем, чтобы Аля – славная, веселая, улыбчивая девушка с живыми глазами могла сочинить эту подлую анонимку. Это не укладывалось в голове. Но, очевидно, тогда я еще не знал, на что способна любящая женщина, на что она способна, когда ее сжигает жестокое пламя ревности.
Когда одна из наших девушек вызвала Алю из дома, и мы все разом обрушились на нее, она не выдержала – ничего не говоря, разрыдалась. Она отвернулась, и, уперев локти о стену, (наши парни и девушки буквально приперли ее к стене, к стене ее дома) и, уткнувшись в эти локти, горько расплакалась. Все стало ясно. Мы подавленно молчали. Потом начали расходиться, и ушли все, кроме меня.
Да, я уже понял, что автор анонимки – Аля, но все еще цеплялся за призрачную надежду. И если она это сделала, я хотел разобраться, почему она это сделала. И когда Аля немного успокоилась, я потянул ее за плечо с вопросом: «Почему ты это сделала, Аля?» А она обернулась и бросила мне в лицо: «Все из-за тебя! Что ты в ней нашел? Ни фигуры, ни ума! Впялишься в ее глазенки и для тебя никто на этом свете не существует!»
Мы стояли друг против друга, и я смотрел в ее злые глаза. Да, у нее прежде были живые глаза, но в тот момент я не увидел в них жизни – одна голая злость!» Я ничего ей не сказал. Повернулся и пошел прочь. Аля что-то кричала мне вослед, но я ее не слушал – она больше не существовала для меня.
Истории по словам: донос, анонимка, комсомольцы, Аля, Катя



← предыдущая следующая →

Отправить историю другу Сообщить о плагиате
Постоянный адрес этой страницы:


Помогите спасти детей!

 
оставить свой комментарий

Комментарии

13 февраля 2011, 20:04
Оценивающий
  Прочитала на одном дыхании. Отличный рассказ. Я бы еще хотела таких, и побольше - жизненных, искренних, не приукрашенных и добрых. koko  
14 февраля 2011, 02:36
Оценивающий
  Большое спасибо. Написано, как поэма, - искренне, живо, просто хорошо!  
14 февраля 2011, 06:07
DOHOWETER
  Любовь смотрит через телескоп, зависть - через микроскоп. - Г. Шоу  
22 марта 2011, 13:01
лана
  хороший рассказ  
к началу истории

Добавьте свой комментарий


Имя / Псевдоним
Текст комментария

Все истории   |   Все комментарии   |   Все авторы  |   Поиск по историям


Обязательна активная ссылка
© 2005—2010 «Декамерон»
Правила сайта
Книга Декамерон
Написать письмо редактору
Rambler's Top100