В деревне самогон был самой ходовой валютой, поэтому его гнали все. Моя бабушка, между прочим, директор школы, тоже иногда собирала странную конструкцию из керосинки, нескольких кастрюль и непременного тазика со снегом наверху этой пирамиды.
Самогоноварение было уголовно наказуемым правонарушением, и я, будучи ребенком, могла рассказать кому-нибудь по простоте душевной об этих нехороших бабушкиных занятиях. Кроме того, бабушка, как директор школы и член КПСС, никак не могла запятнать свою репутацию перед людьми и перед любимой внучкой таким нехорошим делом. Тогда (вот настоящий педагог!) бабушка объяснила мне, что таким странным образом нужно стирать чулки. Да-да, в том самом верхнем тазике со снегом, – хлопчатобумажные чулки якобы от такой стирки не теряют форму и не растягиваются. Я поверила убедительному объяснению. Бабуля же, собрав агрегат, никогда не забывала бросить в верхний тазик несколько чулочков.
Однажды, будучи в гостях у подружки, я увидела, что ее мама постирала чулки вместе со всем остальным бельем и развесила на веревке. Сердце мое наполнилось гордостью: «Да, вот что значит необразованный человек, доярка, – чулки не умеет правильно стирать. То ли дело моя бабушка – чулки стирает особым способом и выглядит всегда аккуратно».
В таком замечательном неведении по поводу стирки чулочных изделий я пребывала лет до 18-ти. Потом уже, по случаю, мы обсудили особенности стирки, совмещенной с самогоноварением, и всегда вспоминаем этот «педагогический прием» моей находчивой бабушки.
